Приговор без инструкции: ВС РФ указал на фундаментальные нарушения

Верховный Суд Российской Федерации вновь обратил внимание на недопустимость обвинительного приговора, основанного на доказательствах, полученных с грубыми нарушениями. Определением Судебной коллегии по уголовным делам от 21 января 2026 года по делу № 51-УД25-20-К8 отменены все состоявшиеся судебные решения в отношении начальника автотранспортного цеха, осуждённого по части 2 статьи 217 Уголовного кодекса РФ за нарушение требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Гражданин был признан виновным в том, что ненадлежащее исполнение им своих служебных обязанностей привело к трагическим последствиям на производстве. Однако осуждённый и его защита последовательно оспаривали приговор, указывая на многочисленные процессуальные нарушения, допущенные как на стадии предварительного расследования, так и при судебном разбирательстве. Ключевыми аргументами стали утверждения о том, что работник фактически не был надлежащим образом ознакомлен со своей должностной инструкцией, на предприятии отсутствовал производственный контроль и не велись журналы по технике безопасности, а выводы экспертизы, положенные в основу обвинения, вызывают серьёзные сомнения в компетентности эксперта.

Верховный Суд, проанализировав материалы дела, признал эти доводы заслуживающими внимания и отменил решения нижестоящих инстанций, направив дело на новое рассмотрение. Основания для такого решения носят фундаментальный характер и касаются самой возможности привлечения лица к уголовной ответственности.

В определении указано, что в деле отсутствует подпись осуждённого под должностной инструкцией. Более того, сама инструкция содержала квалификационные требования к должности начальника автотранспортного цеха: наличие высшего технического образования и стажа работы на соответствующих должностях не менее пяти лет. Как установил суд, осуждённый этим требованиям не соответствовал. Также была оспорена подпись в журнале регистрации инструктажей по охране труда: согласно заключению почерковедческой экспертизы, она выполнена не им. Совокупность этих фактов ставит под обоснованное сомнение главный тезис обвинения о том, что на работнике лежала обязанность по соблюдению специфических правил безопасности и что он был с ними надлежащим образом ознакомлен.

Вторым критическим обстоятельством стала некомпетентность эксперта, чьё заключение фактически легло в основу выводов о причинно-следственной связи между действиями осуждённого и гибелью человека. Как отметил Верховный Суд, поручение производства экспертизы по вопросам промышленной безопасности и охраны труда на опасном производственном объекте лицу, не являющемуся государственным судебным экспертом, не имеющему ни профильного образования, ни профессиональной переподготовки в области охраны труда и правил эксплуатации опасных производственных объектов, вызывает неустранимые сомнения в достоверности и допустимости полученного доказательства. Судья не может обладать специальными знаниями, чтобы оценить выводы такого «специалиста», а значит, приговор опирается на шаткое основание.

Данное определение Верховного Суда РФ является важным прецедентом, подчёркивающим несколько принципиальных моментов уголовного судопроизводства.

Во-первых, оно акцентирует внимание на субъективной стороне преступления, предусмотренного статьёй 217 УК РФ. Для вменения этого состава необходимо доказать не просто факт нарушения, а то, что именно данное лицо было обязано соблюдать конкретные правила и имело реальную возможность их соблюдать, но проявило преступную небрежность или легкомыслие. Если работник не был ознакомлен с инструкцией под роспись и не соответствовал квалификационным требованиям, чтобы понимать все тонкости безопасности на опасном объекте, его вина в форме неосторожности становится крайне сомнительной.

Работодатель, допустивший такого сотрудника к работе, несёт самостоятельную ответственность, но она не может автоматически трансформироваться в уголовную ответственность самого работника.

Во-вторых, решение суда высшей инстанции напоминает о фундаментальном принципе допустимости доказательств. Экспертиза по сложным техническим вопросам, к которым, безусловно, относится промышленная безопасность, должна проводиться лицами, обладающими подтверждённой компетенцией именно в этой области. Использование заключения, выполненного неуполномоченным или некомпетентным лицом, подрывает всю доказательственную базу обвинения.

Наконец, это определение служит сигналом для нижестоящих судов о необходимости тщательной проверки всех обстоятельств, связанных с распределением обязанностей и профессиональным статусом работника на опасном производственном объекте. Формальное наличие должностной инструкции в деле недостаточно — требуется бесспорное подтверждение того, что работник знал и должен был исполнять закреплённые в ней требования. Новое рассмотрение дела должно устранить выявленные нарушения и вынести законное и обоснованное решение.