Неучтенные доказательства помогли взыскать сверхурочные

Проблема доказывания факта выполнения сверхурочной работы является одной из наиболее острых в спорах между работниками и работодателями. Легальное определение сверхурочной работы, закрепленное в статье 99 Трудового кодекса РФ, содержит два квалифицирующих признака: выполнение работы за пределами установленной продолжительности рабочего времени и наличие инициативы работодателя. Именно второй элемент — инициатива работодателя — традиционно создает наибольшие сложности для работников, поскольку ее подтверждение, по мнению многих судов, требует наличия письменного распорядительного документа. Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 27 января 2026 года демонстрирует иной, более взвешенный подход к оценке доказательств в указанной категории дел.
Фабула дела типична для правоприменительной практики. Работник обратился в суд с требованием об оплате сверхурочной работы, в подтверждение чего ссылался на совокупность письменных доказательств: Журнал оперативного дежурного бассейна, Книгу учета расхода электроэнергии, холодной и горячей воды, а также косвенные обстоятельства — наличие вакансии слесаря-ремонтника и длительное отсутствие другого работника по болезни. Работодатель, возражая против иска, представил табели учета рабочего времени, в которых сведения о переработках отсутствовали, и настаивал на том, что приказы о привлечении к сверхурочной работе не издавались.
Суды первой и апелляционной инстанций заняли формальную позицию, отказав в удовлетворении требований со ссылкой на отсутствие приказов работодателя. Такой подход, основанный на приоритете распорядительной документации, длительное время доминировал в судебной практике, фактически возлагая на работника бремя доказывания обстоятельств, подтверждение которых находится вне сферы его контроля.
Кассационная инстанция, отменяя состоявшиеся судебные акты, сформулировала принципиально иную правовую позицию. Суд указал на необходимость учета процессуального неравенства сторон трудового отношения, констатировав, что работник является экономически более слабой стороной и в силу этого лишен возможности в полной мере влиять на формирование доказательственной базы. Данный тезис последовательно развивается в практике Конституционного Суда РФ и находит отражение в актах судов общей юрисдикции.
Ключевое значение имеет вывод кассации о том, что табели учета рабочего времени и расчетные листки не обладают заранее установленной силой и могут быть опровергнуты иными достоверными и достаточными письменными доказательствами. Суд подчеркнул, что трудовое законодательство возлагает на работодателя обязанность обеспечить точный учет продолжительности сверхурочной работы каждого работника (часть 7 статьи 99 ТК РФ). Соответственно, ненадлежащее исполнение работодателем этой обязанности, выразившееся в составлении недостоверных табелей, не может служить основанием для лишения работника права на оплату фактически отработанного времени.
Примечательно, что в качестве доказательств, способных подтвердить факт сверхурочной работы, суд признал оперативные журналы и книги учета, которые ведутся в рамках производственной необходимости и не предназначены для целей кадрового учета. Данные документы, хотя и не являются первичными учетными документами по смыслу трудового законодательства, содержат объективную информацию о фактическом присутствии работника на рабочем месте и выполнении им трудовых функций в определенные периоды времени.
Таким образом, правовая позиция Второго кассационного суда исходит из необходимости оценки всей совокупности представленных доказательств, а не формального констатирования отсутствия приказов о привлечении к сверхурочной работе. Нарушение работодателем установленного порядка учета рабочего времени и составления табелей не должно ухудшать положение работника и препятствовать реализации его права на справедливую оплату труда. Выводы суда создают дополнительный правовой механизм защиты работников, фактически выполнявших трудовые обязанности за пределами нормальной продолжительности рабочего времени, но лишенных возможности представить прямые письменные доказательства инициативы работодателя.

Экспертное мнение подготовила ведущая рубрики «Правовой навигатор»
кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры теории и права и государственно-правовых дисциплин ВИУ РАНХиГС Эйда Голоманчук