Увольнение за испытание

Институт испытания при приеме на работу, предусмотренный статьей 70 Трудового кодекса Российской Федерации, позволяет работодателю в течение установленного срока оценить профессиональные и деловые качества работника. Неудовлетворительный результат испытания влечет расторжение трудового договора по статье 71 Трудового кодекса, что предполагает соответствующую запись в трудовой книжке. Такая формулировка увольнения объективно может восприниматься потенциальными работодателями как негативная характеристика предшествующей трудовой деятельности. Однако возникает вопрос о правовых последствиях подобной записи для возможности трудоустройства.
Понятие убытков в трудовом праве, в отличие от гражданского законодательства, не имеет столь широкого распространения. Тем не менее работник вправе требовать возмещения неполученного заработка в случае незаконного лишения его возможности трудиться, что прямо вытекает из статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации. Для удовлетворения такого требования необходимо доказать совокупность условий: противоправное поведение работодателя, наличие у работника реальной возможности трудоустройства, которая была утрачена именно вследствие действий ответчика, и причинно-следственную связь между ними.
Рассматривая конкретную ситуацию, Третий кассационный суд общей юрисдикции в определении от 18 марта 2026 года отказал шеф-повару, уволенному по статье 71 Трудового кодекса, во взыскании 475 тысяч рублей, которые он расценивал как убытки от невозможности трудоустройства в период судебного разбирательства по оспариванию увольнения. Суды всех инстанций исходили из того, что сам по себе факт наличия в трудовой книжке записи об увольнении в связи с неудовлетворительным результатом испытания не создает безусловного препятствия для трудоустройства. Истец не представил доказательств того, что получал отказы в приеме на работу именно по причине данной формулировки, а не в силу иных обстоятельств, например недостаточной квалификации, отсутствия вакансий или несоответствия иным требованиям работодателей.
Представленные в материалы дела скриншоты переписки с потенциальными работодателями также не содержали указаний на то, что отказы мотивированы именно непрохождением испытательного срока у предыдущего нанимателя. Следовательно, причинно-следственная связь между действиями ответчика и заявленными убытками не доказана. Суд особо подчеркнул, что оценочное суждение истца о негативном посыле такой формулировки для будущих работодателей и о влиянии на деловую репутацию само по себе не подтверждает факт лишения его возможности трудоустроиться.
Правовая позиция, сформированная судом, исходит из принципа презумпции добросовестности участников трудовых отношений и необходимости представления прямых доказательств притязаний на возмещение убытков. Негативная запись в трудовой книжке, безусловно, может вызывать дополнительные вопросы со стороны нового работодателя, однако это не равнозначно невозможности трудоустройства. Работник, полагающий, что такая запись препятствует его трудоустройству, обязан подтвердить свои доводы конкретными доказательствами, например письменными отказами с указанием причины, либо свидетельскими показаниями лиц, принимавших кадровые решения. Отсутствие таких доказательств влечет отказ в удовлетворении иска. Таким образом, сама по себе запись об увольнении по статье 71 Трудового кодекса не влечет автоматического права на компенсацию неполученного заработка, а требование о взыскании убытков подлежит доказыванию в общем порядке с представлением убедительных доказательств причинно-следственной связи между действиями работодателя и невозможностью трудиться.
Экспертное мнение подготовила ведущая рубрики «Правовой навигатор»
старший преподаватель кафедры теории и права и государственно-правовых дисциплин ВИУ РАНХиГС Юлия Каюшникова